Read in english
Многие СМИ освещают дезинформационные кампании так, что непредумышленно помогают фейкоделам. В чём их ошибка и что можно с этим сделать?
Этот текст был изначально опубликован в издании «Важные истории». С любезного разрешения редакции мы публикуем его на сайте «Проверено».
В мае 2026 года, примерно за три недели до парламентских выборов в Армении, польский русскоязычный телеканал «Вот так» опубликовал на своём сайте материал о дезинформационной кампании против премьер-министра страны Никола Пашиняна. В статье со ссылкой на подсчёты проекта «Блокировщик ботов» говорилось: «Сеть прокремлёвских ботов "Матрёшка" опубликовала 343 фейковых видео об Армении» — причём их распространение началось по меньшей мере за восемь месяцев до дня голосования. Материал «Вот так» пересказали, помимо прочих, «Медуза» и крупнейшее белорусское независимое издание «Зеркало», на него сослались The Insider и Euronews, громкое число 343 упомянули также армянские и украинские СМИ.
Как раз в то время я готовил для «Проверено» большой текст о дезинформации вокруг Пашиняна в преддверии армянских выборов (его мы в итоге выпустили в начале июня) и задался логичным вопросом: где все эти фейки? Почему я их не видел, вернее, не видел в таких количествах?
А ведь я активно следил за сайтами армянских и в целом зарубежных коллег-фактчекеров — вдруг там появится материал про какой-то фейк, который мы пропустили в рамках нашего регулярного мониторинга прокремлёвских блогов и медиа. Такие материалы там действительно выходили — конечно, не сотнями, но три-четыре десятка разборов за последние несколько месяцев нашлось. Составив (и затем регулярно обновляя) список, я методично искал по каждому фейку посты в Telegram, в других соцсетях и на сайтах наших постоянных «клиентов» — от «Московского комсомольца» до Mash. Выяснилось, что подавляющее большинство фейков, которые разобрали наши коллеги, либо не появлялись на русском языке в принципе, либо набирали сотни, максимум тысячи просмотров.
С одной стороны, к тому моменту я был отчасти готов к такому исходу. В прошлом году моя коллега писала лонгрид о том, как русскоязычные соцсети заполонили фейки про президента Молдовы Майю Санду, шедшую на второй срок, и том, как эти фейки тематически и методологически были похожи на более ранние аналогичные вбросы про украинского президента Владимира Зеленского. Уже тогда, в конце лета и начале осени 2025-го, мы заприметили первые фейки о Пашиняне, скроенные по тем же лекалам: он якобы купил особняк в Канаде за $17 млн, а его жена Анна Акопян вывела из благотворительного фонда ещё $3,4 млн, предназначавшиеся для помощи больным детям. Стало понятно: начинаем прицельно отслеживать будущие вбросы про армянского премьер-министра, в 2026 году выборы, их наверняка будет немало. Но за очень редкими исключениями сопоставимых по вирусности постов за прошедшие месяцы так и не появилось.
С другой стороны, я задумался: может быть, я что-то упускаю? Может быть, все те каналы, которые ежедневно мониторит «Проверено», почему-то просто не публиковали фейки именно про Пашиняна? Я вновь открыл разборы зарубежных коллег и стал читать их внимательнее. Например, армянский проект CivilNet разбирал поддельную обложку журнала Vogue, который признал наряды Акопян самыми дорогими среди всех первых леди Европы. Коллеги пишут: этот фейк распространили через пять Telegram-каналов. В реальности в одном из них сфальсифицированной обложки не было. Всего же, по данным сервиса TGStat она появилась в шести каналах (четырёх упомянутых CivilNet и двух не упомянутых), где суммарно набрала… около 5500 просмотров.
Это, мягко говоря, немного. Было логично предположить, что коллеги обратили внимание на этот и другие фейки, потому что они сначала появились в русскоязычных блогах, а затем перекочевали в армяноязычный сегмент соцсетей и уже там стали по-настоящему вирусными. Но нет, CivilNet в том же тексте подчёркивает: «В армянских Telegram-каналах они обычно не появлялись и оказывали ограниченное влияние на армянское медиапространство».
Тогда, возможно, их активно обсуждали англоязычные пользователи X и других соцсетей? CivilNet выпускал материал и на эту тему, в котором разобрал десять фейковых роликов, замаскированных под сюжеты зарубежных СМИ об Армении. В большинстве случаев каждый из разобранных твитов набрал около 100 000 просмотров, что выглядит внушительно. Однако, как ранее подметили мои коллеги по «Проверено», в таких случаях весьма вероятны манипуляции: число лайков и репостов не просто не растёт вслед за числом просмотров, а иногда даже падает. В этом смысле проверить каждый пример из текста CivilNet сложно — почти все твиты уже удалены, ссылок на архивные копии коллеги не предоставили. В тех редких случаях, когда посты до сих пор доступны, гипотеза подтверждается: например, этот всего за три часа набрал 100 000 просмотров, 193 репоста и 573 лайка. За неполный час число просмотров почти не изменилось, а репостов и лайков — сократилось до 179 и 570. Сейчас у твита их всего 11 и 88 соответственно. Комментариев нет и, судя по архивным копиям, не было вовсе. Впрочем, будет честным отметить, что у твитов, которые содержали другие фейки про Пашиняна и на которые обратили внимание, например, американские фактчекеры из Lead Stories, статистика сопоставимая.
И тут я понял, в чём проблема.
Фигуры умолчания
Если вы откроете любой разбор «Проверено», вы увидите, что за заголовком и лидом в нём всегда следует раздел, выделенный курсивом и помещённый на жёлтый фон. На нём в одном-двух абзацах автор показывает, что история, которую он разбирает, стала вирусной в русскоязычном сегменте интернета. Там приводятся ссылки на писавшие о ней СМИ и блоги — в последнем случае автор обычно должен указать число просмотров, которые набрала та или иная привлекшая его внимание публикация. Общая идея «текста на жёлтом», как мы называем его в редакции, — показать и даже доказать, что мы пишем о чём-то действительно вирусном и громком, о чём-то, что наверняка могли увидеть в интернете, прессе или по телевизору если не наши читатели, то их родственники, коллеги и соседи.
Понятно, что список ссылок, которые попадут в этот раздел, авторы обычно приносят вместе с идеей текста, а редактор в первую очередь по ним судит, стоит ли готовить материал. Долгое время негласным порогом для получения зелёного света были хотя бы 500 000 просмотров в Telegram, в постах крупных и давно известных каналов с правдоподобным количеством реакций и комментариев — и то один коллега пару разу предлагал поднять планку до миллиона, чтобы не распылять ресурсы. В условиях ограничений на доступ в Telegram и на фоне появления Max, куда прокремлёвские блогеры активно переманивают свою аудиторию, этот порог предсказуемо опустился. Но мы по-прежнему стараемся держать его довольно высоким — и всё равно продолжаем получать от читателей комментарии вроде: «Где вы вообще это всё берёте? Ни разу не видел нигде фейки, про которые вы пишете».
Именно этого — числа просмотров у разбираемых или по крайней мере описываемых фейков — нет ни в упомянутом в самом начале материале «Вот так», ни в его пересказах в других СМИ, ни во многих других публикациях, в том числе, к моему глубокому сожалению, коллег из фактчекинговых медиа. Сообщение про 343 фейка об Армении, безусловно, звучит громко, но сколько живых людей их реально увидели, на скольких потенциальных избирателей они могли повлиять? Понятно, что какая-то доля просмотров всегда приходится на ботов, но ведь порядок цифр оценить можно вполне достоверно. А в этом случае складывается ощущение, что речь идёт о суммарной аудитории максимум в десятки и, возможно, сотни тысяч интернет-пользователей, но никак не миллионы.
Такой подход можно наблюдать во многих других подобных заметках, основанных на исследованиях проекта «Блокировщик ботов». Его находки нередко публикует, например, The Insider. С начала года издание выпустило на своём сайте по меньшей мере 12 таких заметок про фейки: об Эпштейне, украинских спортсменах на зимней Олимпиаде в Италии, выборах в Венгрии и т. д. Ни в одной из них не говорилось, сколько просмотров набрали фейки, обнаруженные «Блокировщиком ботов». В этом смысле аналогичные публикации в последние годы выпускали «Новая газета Европа», «Холод», «Вёрстка» и другие издания, в том числе иностранные.
Ещё одно медиа, регулярно рассказывающее о находках «Блокировщика ботов», — «Агентство». Раньше оно, как и коллеги, не сообщало об аудитории фейков, но позднее изменило эту практику. С начала года и до конца мая в Telegram-канале «Агентства» вышло уже шесть таких постов, и в подавляющем большинстве из них не просто приводилась статистика, но и отмечалось, что число просмотров, судя по всему, было накручено. Впрочем, в июне издание выпустило пост о фейках, обнаруженных «Блокировщиком ботов» и посвящённых открытию чемпионата мира по футболу, но в этот раз ничего не сообщило об их потенциальной аудитории.
Двойные матрёшки
Заголовкам или по меньшей мере текстам на эту тему добавляет громкости и упоминание разных связанных с Кремлём сетей, запускающих и распространяющих фейки. Те, кто сколько-нибудь активно следит за новостями в независимых русскоязычных СМИ, наверняка слышали названия «Доппельгангер» (он же «Двойник») и «Матрёшка». Со временем они стали сливаться в пересказах до степени смешения.
Первым появился «Доппельгангер» — это название осенью 2022 года ему дал проект EUvsDisInfo. В рамках этой кампании, пишут исследователи, создавались сайты — клоны известных медиа из разных стран с изменённым доменным именем, которые использовались для легализации фейков. Их появление на сайтах, напоминающих порталы реальных СМИ, должны были придать дезинформации убедительности. Позднее к работе «Доппельгангера» стали относить создание сайтов попросту не существующих в действительности медиа, распространение фейков через поддельные профили в соцсетях (об этом писал, например, Минфин США, объясняя введение санкций против близких к Кремлю медиаменеджеров), злоупотребление рекламными механизмами соцсетей и т. д.
Название «Матрёшка» придумал, собственно, проект «Блокировщик ботов» в начале 2024 года. В своём блоге в X он описал сеть как «совершенно новую кампанию влияния, нацеленную на фактчекеров и уважаемые медиа со всего мира». Действующие в рамках «Матрёшки» боты отправляли в редакции электронные письма или тегали аккаунты изданий в соцсетях с просьбой проверить ту или иную дезинформацию, которую создали другие (или даже те же) боты, входящие в сеть. Отсюда её второе название — «Операция "Перегрузка"» (Operation Overload). Впоследствии её название также упоминали просто в контексте вброса и распространения фейков.
Но настолько ли эффективны эти кампании, как о них рассказывают в прессе? Ещё в 2024 году об этом в статье для Foreign Affairs писал Томас Рид, профессор Университета Джонса Хопкинса. Он изучил статистику сайтов, входящих в сеть «Доппельгангер» и выявленных благодаря утечкам и отчётам спецслужб. Оказалось, что с ноября 2023 по август 2024 года примерно 800 порталов-двойников суммарно набрали всего 700 000 просмотров, то есть на каждый такой сайт почти за год зашли в среднем около 1000 раз. Похожая картина и с постами в соцсетях. В вышедшей спустя два месяца подробной статье «Новой газеты Европа» рассказывается о «Доппельгангере» и «Матрёшке» и приводятся скриншоты твитов с фейками — на многих статистика обрезана, а среди тех, где она видна, ни один из вбросов не набрал даже 3000 просмотров.
«Мой собственный анализ недавно утёкших документов показывает, что, хотя они содержали не менее 24 375 ссылок на поддельные статьи Bild и 7111 ссылок на поддельные статьи Daily Mail, подавляющее большинство этих URL-адресов получили незначительный или нулевой отклик. <…> Широкое освещение "Двойника" в прессе, особенно в Германии и США, означает, что, вероятно, гораздо больше людей читали вторичные публикации о разоблачении, чем просматривали саму дезинформацию», — констатирует Рид.
Похожим образом дела обстоят с «Матрёшкой». Представитель «Блокировщика ботов» в своё время обсуждал с «Проверено» свои наблюдения и гипотезу о том, что прокремлёвские боты пытаются загрузить фактчекеров ненужной работой, предлагая им проверить созданные той же сетью фейки. Мы отреагировали скептично. Сколько нужно времени, чтобы прочитать такое сообщение? Минута. Сколько нужно времени, чтобы перейти по ссылке, увидеть, что пост (не так важно, фейковый или нет) набрал всего несколько сотен или даже тысяч просмотров и поэтому вряд ли заслуживает большого внимания? Ещё минута. Как таким образом можно радикально отвлечь профессиональную редакцию от её работы? Решительно непонятно.
Тут важно оговориться, что «Проверено» подобных сообщений не получало, хотя у нас есть как форма обратной связи на сайте, так и Telegram-бот, через которые читатели регулярно присылают идеи для будущих разборов. Почему «Матрёшка» в этой своей работе нас игнорировала — непонятно. Возможно, потому что целилась в иностранцев, а нас таковыми не считала. Возможно, потому что видела в «текстах на жёлтом», насколько популярным должен быть пост, чтобы он привлёк наше внимание, — и становилось понятно, что её ресурсов не хватит, чтобы достичь органически вирусных охватов. Впрочем, некоторые наши коллеги не просто получали подобные письма, но и выпускали по их мотивам большие тексты, в которых рассказывали, как прокремлёвские боты мешают им работать.
Смещённый фокус
В сфере освещения дезинформационных кампаний, развёрнутых в последние несколько лет, в медиасреде — как независимой русскоязычной, так и иностранной — картина сложилась удручающая. Да, близкие к Кремлю структуры создают как никогда много фейков. Да, для их легализации постоянно используются сайты-клоны, а для распространения — боты в X и крошечные Telegram-каналы, которые, судя по опыту «Проверено», нужны в первую очередь именно для этого. Да, создана разветвлённая, гибкая, адаптируемая под разные аудитории и разные задачи система дезинформации, а развитие ИИ делает производство подобного контента всё легче. Но в медиа эта тема освещается очень странно.
С одной стороны, многие коллеги за тремя соснами не видят леса. В общих словах рассказывая о десятках и даже сотнях фейков, они нередко умалчивают о том, что, в отличие от крупных авторитетных СМИ, до существенной реальной аудитории эти фейки, вероятно (а иногда наверняка известно), не дошли и не дойдут. При этом отдельные и доказанно вирусные сюжеты игнорируются. Например, сколько изданий рассказали о фейке про украинских детей, которых якобы заставили сдавать кровь для раненых шведских наёмников, убитых в ходе удара российской армии по Полтаве в сентябре 2024 года? При этом пост Mash на эту тему набрал больше 1,2 млн просмотров, а Владимир Соловьёв рассказывал об этом по телевидению. А о фейке 2025 года о том, что Зеленский якобы купил своей матери элитную квартиру в Дубае? Об этом писали крупнейшие российские Telegram-каналы и подцензурные медиа — от Lenta.ru до «Московского комсомольца». И таких примеров в архиве «Проверено» можно найти десятки, если не сотни.
Безусловно справедливым будет возражение, что это мы, профильное фактчекинговое медиа, недорабатываем. Тот же «Блокировщик ботов», судя по публикациям со ссылкой на этот проект, сам приходит к журналистам крупных независимых медиа и предлагает пересказать свои исследования. А мы столь же эффективно работающую сеть контактов не выстроили.
Но это, на самом деле, не главная проблема. Складывается впечатление, что создатели прокремлёвских фейков и пишущие о них медиа, не специализирующиеся на дезинформации, сами того не подозревая, создали порочный круг. Первые получают заказ на придумывание и распространение фейковых новостей и запускают их в соцсетях, несильно беспокоясь о результатах своей работы свыше численных KPI. Если какой-то фейк завирусится — хорошо, не завирусится — статистику в отчётах всегда можно подделать. Затем заметки о десятках фейков выпускают крупные издания, которые в том числе выполняют уже свои KPI по охватам и монетизации. Фейкоделы приходят к заказчикам и отчитываются: смотрите, про нас уже пишут, выделите нам дополнительное финансирование. История повторяется, но на смену десяткам фейков приходят сотни, а вместо одной сети с громким названием появляется другая. В какой-то момент в игру включаются фонды и доноры, которые начинают целенаправленно выделять гранты на отчёты о «Матрёшке», «Доппельгангере» и т. д. И таких витков на этой спирали может быть сколь угодно много.
Вот только людей — читателей, зрителей и слушателей — в этой схеме по большому счёту нет. Точнее, в этой схеме они появляются в первую очередь благодаря публикациям крупных СМИ о дезинформационных кампаниях. А так быть не должно.
Фото на обложке: Pixabay
Если вы обнаружили орфографическую или грамматическую ошибку, пожалуйста, сообщите нам об этом, выделив текст с ошибкой и нажав Ctrl+Enter.
